Психология взаимоотношений

Психология взаимоотношений мужчины и женщины


Между двух стульев

Евгений Васильевич Клюев.

Выражение "Пирог с миной" — не совсем понятное выражение.

Оно может означать пирог с недовольным лицом — этакой

Капризной миной — и пирог, начиненный взрывным снарядом.

Первое неприятно, второе просто опасно. Пока Петропавел

Размышлял об этом, внесли пирог. С лицом у пирога все было

Нормально: открытое румяное лицо, хоть и не слишком

Запоминающееся. Зато вот середина пирога подозрительно

Выпячивалась — и, когда над ней занесли довольно большой нож,

Петропавел счел своим долгом напомнить:

— Осторожно, там мина!

Однако, несмотря на предупреждение, нож был безрассудно

Вонзен в самую середину. Стоит ли удивляться, если тут же

Раздался очень впечатляющий взрыв и комната, где все это

Происходило, наполнилась сизым дымом? Дым рассеивался долго, но

Рассеялся весь — и Петропавел успел увидеть, как через комнату

Пронесся на коне всадник, причем Петропавлу показалось, что у

Всадника этого больше чем одна голова. Сколько именно голов у

Него, определить было трудно: здесь Петропавел мог и ошибиться,

Но готов был подтвердить под присягой, по крайней мере, то, что

Какое-то недоразумение в верхней части тела у всадника имелось.

Это производило нехорошее сильное впечатление. Петропавел

Ринулся было вслед, но поймал себя на мысли, что это глупо —

Кидаться вдогонку за всадником, не имея коня, и вернулся на

Прежнее место, которое оказалось занятым. На этом месте ярко

Одетая девушка обнимала и целовала человека, годившегося ей в

Отцы, деды и прадеды, одновременно рассказывая ему о том, как

Сильно она его любит, и о том, что это у нее впервые в жизни.

Петропавел очень смутился, застав такой нежный и ответственный

Момент отношений двух незнакомых людей. Он сделал шаг назад и

Попытался даже произнести какие-нибудь извинения, но не успел,

Потому что ярко одетая девушка внезапно перестала обнимать и

Целовать возлюбленного и, прыжком переместившись к Петропавлу,

Принялась обнимать и целовать его. Объятия и поцелуи

Перемежались со словами:

— О любовь моя, я так долго ждала тебя! Я полюбила тебя

Сразу — сильно и страстно: это у меня впервые в жизни!

Все произошло так быстро, что Петропавел даже не успел

Опознать секунду назад уже слышанный им текст: перед его

Глазами моталась красная роза — голова пошла кругом и,

Кажется, начала побаливать. В мгновение ока зацелованный весь,

Он почувствовал сильную слабость и с трудом выдохнул:

— Разве мы знакомы?

— Мы созданы друг для друга! — горячо воскликнула

Девушка и сопроводила восклицание объятием, похожим на

Членовредительство. Петропавел ойкнул, а мучительница

Продолжала: — Хочешь взять мою жизнь — так на же, бери ее,

Она твоя! Для чего она мне теперь, когда я встретила тебя, о

Моя жизнь!

Петропавлу не требовалась предложенная ему жизнь, тем

Более что его собственная, кажется, была в опасности, но он

Ничего не ответил, сомлев от очередного объятия и окончательно

Утратив способность соображать.

Когда на время угасшее сознание вернулось, тем, о ком

Сразу вспомнил Петропавел, был человек, годившийся девушке в

Отцы, деды и прадеды. Все еще осыпаемый поцелуями, Петропавел

Уцепился за первую попавшуюся мысль о нем — мысль была такая:

"Сейчас он зарежет меня". Сосредоточиться даже на этой простой

Мысли оказалось невозможно: роза продолжала мотаться перед

Глазами и сбивала с толку. Впрочем, Петропавел исхитрился-таки

Искоса взглянуть на прежнего возлюбленного девушки, которого

Ожидал увидеть с ножом в руке. Однако тот блаженно улыбался и с

Удовольствием крестился, глядя на них. Похоже, он был страшно

Рад избавлению. "Меня не зарежут", — с грустью понял

Петропавел: значит, рассчитывать на постороннюю помощь не

Приходилось. Надо было самому позаботиться о себе. Но не тут-то

Было: руки и ноги отказывались служить ему. Единственное, что

Удалось, — это избавиться от розы: Петропавел изловчился и

Вырвал ее из замысловатой прически мучительницы. Отбросив

Цветок подальше, он покорился судьбе и беспокойно ожидал

Смерти. О пощаде, видимо, не могло быть и речи.

За короткое время Петропавла истрепали всего — и он почти

Не услышал спасительных слов, внезапно произнесенных девушкой.

— Не люблю тебя больше! — воскликнула она и с воплем "О

Любовь моя!" устремилась в сторону. Перед глазами Петропавла на

Мгновение мелькнули уже знакомый ему всадник и вспрыгнувшая в

Занятое седло красавица. "Я так долго ждала тебя! Я полюбила

Тебя сразу — сильно и стра…" — донеслось до него издалека.

Петропавел вздрогнул и забился в тревожном и кошмарном сне. Сон

Отличался от яви только невообразимым количеством роз,

Украшавших волосы незнакомки, — и Петропавел все вырывал и

Вырывал их из замысловатой прически…

— Не спи, свихнешься, — услышал он сквозь ужас сна голос

Человека и почувствовал, как что-то упало на лицо. Петропавел

Усилием воли прекратил сновидение с розами.

— Кто это был? — спросил он. Перед ним сидел прежний

Возлюбленный девушки и ел рыбу.

— Это? — человек беспечно бросил в Петропавла еще одну

Рыбью кость. — Это Шармен была. Испанка, знаете ли… У любви,

Как у пташки, крылья, и все такое прочее… Рыбы хотите?

Петропавел отрицательно помотал головой:

— А чего она такая… эта Шармен? Налетела, как буря…

— Полюбила, — развел руками человек, — что ж тут

Поделаешь? Со всяким бывает. — Он вытер рот краем плаща и

Отчитался: — Рыбы больше нет. Осталось куста четыре в кусках.

— А Вы кто? — спросил Петропавел, не вполне понимая

Слова незнакомца и подозрительно его разглядывая. Тот был одет

Исключительно старомодно: широкополая шляпа, плащ до земли, под

Плащом — жабо со всеми делами, потом ботфорты, шпоры…

— Бон Жуан, — отрекомендовались в ответ.

— Дон Жуан? — переспросил Петропавел.

— Бон! Бон Жуан, я ведь ясно сказал. Дон Жуан — он

Противный очень, бабник и так далее. Я про него такое знаю:

Шестой, хоть пятый!

— Как это — шестой, хоть пятый?

— Хоть стой, хоть падай, говорю. — И Бон Жуан заметил:

— У Вас со слухом что-то… А я, чтоб вы знали, — хороший,

Отличный я просто.

— Очень приятно, — пришлось соврать Петропавлу.

— Теперь Вы о себе говорите, хороший Вы или нет! —

Приказал Бон Жуан.

— Да как сказать… — засмущался Петропавел.

— Скажите, как есть, — посоветовал Бон Жуан, — я все

Пойму и прощу. Я же Вас не знаю, поэтому Вас для меня пока нет.

Стало быть, можно предполагать о Вас что угодно. Например, что

Вы дрянь.

— Благодарю Вас, — поклонился Петропавел.

— Не стоит благодарности: предполагать действительно

Очень легко. Попробуйте предположить, например, что нынешний

Король Франции лыс.

Петропавел попробовал и признался: — Не могу… Во

Франции сейчас вообще нету короля.

— Тем более! — горячо подхватил Бон Жуан. — Если его

Нет, как раз и допустимо предположить о нем все, что хочешь!

Эта ситуация сильно напоминает хотя бы следующую: если у Вас

Нет денег, можно смело предполагать, что Ваши деньги сделаны из

Листьев лопуха, или из блинной муки, или из кафельных плиток.

Денег все равно нет — так что любое предположение равноценно.

Потому-то и несуществующего короля Франции одинаково правильно

Представлять себе лысым, заросшим волосами, стриженым под

Горшок: ни одна из версий не будет ошибочной. Это ведь самое

Милое дело — строить предположения о том, чего нет, или о том,

Чего не знаешь.

— То есть на пустом месте! — язвительно уточнил

Петропавел.

— А на каком еще можно? — изумился Бон Жуан. — Если

Место чем-то занято, его сначала нужно расчистить, а потом уже

Строить предположения.

Петропавел начал раздражаться:

— Значит, ни короля Франции, ни денег нет, а мы с вами

Давайте рассуждать о том, какие они!

Бон Жуан несколько даже опешенел от этого заявления:

— У Вас, что же, вообще отсутствуют какие бы то ни было

Представления о том, чего нет?

— Но если этого нет! — воскликнул Петропавел. — На нет

И суда нет.

— Забавно, — скорее себе, чем Петропавлу, сказал Бон

Жуан. — По-Вашему получается, строить предположения можно

Только по поводу того, что есть? Но если это и так уже есть —

Какой же смысл строить предположения?.. Мои ботфорты, — он

Наклонил голову и проверил, украшены шпорами. Шпоры — есть. Я

Знаю, что они — есть, и потому лишен возможности строить

Предположения на сей счет. Чтобы строить предположения, я

Должен считать шпоры несуществующими.

— Но они существуют, — безжалостно сказал Петропавел.

В ответ на это Бон Жуан с силой оторвал шпоры и, вышвырнув

Их в окно, уставился на собеседника долгим дидактическим

Взглядом.

— Теперь мои ботфорты не украшены шпорами… Из-за Вас,

Между прочим! — Бон Жуан вздохнул, с огорчением разглядывая

Изуродованные ботфорты. — Стало быть, шпор нет — именно с

Этого момента я и имею право начинать строить предположения о

Том, что могло бы быть на освободившемся месте. Скушали? — и

Он победоносно улыбнулся.

Петропавел посмотрел на Бон Жуана как на идиота.

— Впрочем я прибегнул к крайней мере, — признался Бон

Жуан. — В разговоре с нормальными — я подчеркиваю,

Нормальными! — людьми достаточно бывает предварительно

Договориться: допустим, нет того, что есть. И нормальные люди,

Как правило, соглашаются не принимать существующее положение

Вещей как окончательное и единственно возможное… Скажем, у

Вас нет головы, которая есть. Вот тут-то и начинается: если нет

Головы, то что есть? Значит, я мысленно отрываю Вам голову и

Ставлю на ее место… ну, чайник. Я ведь не мог бы поставить

Чайник на место головы, не оторвав головы, — в противном

Случае получится, что я просто поставил чайник Вам на голову, а

Это совсем другое. Понятно?

Петропавел пожал ничего не понявшими плечами.

— Голову Вам, что ли, оторвать для наглядности? — и Бон

Жуан задумался. — Вам ведь вынь да положь — голову на

Блюде!.. Однако вместо этого он вынул из вазы на столике два

Цветка, украсил ими ботфорты и сказал:

— Теперь мои ботфорты украшены цветами. Цветы заняли то

Самое место, откуда исчезли шпоры, и я опять лишен возможности

Строить предположения. Я могу только констатировать: эти цветы

— есть. Я констатирую — и мне скучно… Мне больше нравится

"нет", чем "есть". Потому что всякое "нет" означает "уже нет"

Или "еще нет": у "нет" — прошлое и будущее, у "нет" —

История, а у "есть" истории не бывает… — Бон Жуан помолчал и

Резюмировал: — Самое интересное в мире — это то, чего нет. Но

Вас, кажется, больше интересует то, что есть. Досадно.

— Вы просто играете словами, — равнодушно уличил его

Петропавел.

Бон Жуан усмехнулся:

— Милый мой, все мы просто играем словами! Но всем нам

Кажется, будто словами своими мы способны придавить к земле то,

Что существует вокруг нас. Мы уверенно говорим о чем-то: "Это

Имеет место быть!" А откуда у нас такая уверенность?

Петропавел решил, что этот вопрос не к нему.

— На самом же деле, — вздохнул Бон Жуан, — никто не

Вправе делать подобные заявления: ведь заявлениями этими мы

Отделяем действительное от возможного, в то время как

Действительное и возможное существуют бок о бок. Вам известно

Что-нибудь про возможные миры?

На всякий случай Петропавел снова смолчал. Бон Жуан

Усмехнулся:

— А между тем, мир реальный — не более чем один из

Возможных миров… Но даже если Вы очень постараетесь. Вам

Все-таки не удастся логическим путем вывести этот реальный мир

Из всех возможных.

— Чего же его выводить, когда он есть? — наконец

Включился в диалог Петропавел.

— Так-то оно так, но все, что "имеет место быть"

Существует лишь постольку, поскольку не существует другого.

Существующее существует ценою несуществующего. А то, в свою

Очередь, всегда находится где-нибудь поблизости, рядышком. И

Граница между ними совсем узенькая — гораздо уже, чем Вы

Думаете! Если, конечно. Вы вообще думаете о таких вещах… Но

Вот что интересно: достаточно малейшего перекоса, малейшего

Перевеса одного из обстоятельств — и все сразу изменится,

Пойдет по-другому. Несуществующее займет место существующего и

Будет существовать. И с Вами никогда не произойдет того, что

Должно было бы произойти, не случись этого малейшего перекоса.

Есть такой миг, когда все возможности равноправны и каждая из

Них начеку — и каждая только и ждет своего часа…

— Простите, — ни с того ни с сего спросил вдруг

Петропавел, — а с кем ускакала Шармен? — прерванный на

Полуслове. Бон Жуан посмотрел на него с досадой:

— Это был Всадник-с-Двумя-Головами.

— Ах, вот что — с двумя головами… Странно.

— Нормально, — устало сказал Бон Жуан. — Если где-то

Есть и скачет Всадник без головы — надеюсь, Вы Майн Рида

Читали? — то совершенно естественно, что у одного из

Оставшихся в мире всадников будет две головы. Тут Бон Жуан

Очень пристально посмотрел на Петропавла и сморозил:

— У меня такое впечатление, что Вы женщина.

— Приехали, — вздохнул Петропавел.

— Вы на что-то обиделись? — поинтересовался Бон Жуан. —

Я не хотел Вас обидеть. Просто я не понимаю, почему я

Разговариваю с Вами. Дело в том, что с мужчинами я вообще

Никогда не разговариваю. Так Вы не женщина? — Петропавел

Отрицательно и глупо покачал головой. — Тогда извините… Мне

Не о чем с Вами говорить, — пожал плечами Бон Жуан и

Отправился вон из комнаты.

— Чертовщина какая-то, — вслух подумал Петропавел. —

Бон Жуан, Шармен, Всадник-с-Двумя-Головами… По-моему, тут все

Сумасшедшие.

Posted in Между двух стульев


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *