Психология взаимоотношений

Психология взаимоотношений мужчины и женщины


Если бы можно было вернуться в прошлое на сто лет назад…

Если бы можно было вернуться в прошлое на сто лет назад и взвесить на гигантских весах весь экспорт продукции из Америки, а потом прилететь обратно в современность и взвесить весь американский экспорт сегодня, мы, к своему удивлению, не обнаружили бы в показаниях весов никакой разницы. Количество экспорта, измеряемое в тоннах, практически не изменилось. Но реальная стоимость этой массы в сопоставимых долларах выросла в 20 раз. Это цена ума.

Причем массовость современного производства позволяет не только быстро снижать цены на все самое новое, самое передовое, но и фантастическими темпами повышать его качество. Всего за 15 лет (с 1980 по 1995 годы) емкость жестких дисков в компьютерах выросла в 250 раз, а цена единицы памяти сократилась в 1800 раз. Что это значит? А то, что Запад из тех же фиксированных килограммов сырья, купленных в Третьем мире, создает, как говорят специалисты, «экономику нелимитированных ресурсов», и в этой экономике ценность материального сырья, в которое не вложены мозги, почти исчезает.

Корпорация «Кодак» изобрела метод фотографирования, в котором не используется серебро, и рынок серебра на планете изрядно просел. Производители микросхем отказались от использования золота в контактах, и это нанесло удар по рынку золота… Корпорация «Форд» нашла способ заменить платину в каталитических нейтрализаторах автомобилей, и дорогущей платины стало требоваться гораздо меньше. Переход на оптоволокно (по сути, песок!) снизил нужность меди. В конце концов даже бананы и ананасы стали выращивать в приполярной Исландии, используя геотермальные источники тепла…

Необходимость в сырье с каждым десятилетием все сокращается и сокращается, снижаясь порой до нуля. А ведь еще полвека-век назад целые страны дрожали от сырьевого страха, и само их существование порой зависело от наличия какой-нибудь малости, про которую и не подумаешь… Так, например, Германия, ввязавшись в Первую мировую, никак не рассчитывала, что война затянется на годы. Поэтому военные действия преподнесли стране немало удивительных и неприятных сюрпризов. Война началась в середине лета. А уже осенью германские генералы были повергнуты в тяжелый шок, когда в министерство обороны пришел делегат от немецких промышленников — хозяин химического концерна AEG Вальтер Ратенау — и объяснил на пальцах, что через несколько месяцев Германия капитулирует, потому что у нее кончится порох. Совсем. Генералам и в голову никогда не приходило задуматься, откуда вообще берется этот порох на складах. Они исправно платили деньги концернам, концерны производили порох. Чего еще надо?

Оказалось, порох делается из селитры. А селитра привозится из Чили, в Германии своей селитры нет. А Германия находится в плотной морской блокаде, которую держит царица морей — Англия. Соответственно, селитра не подвозится. И это значит, что самое позднее весной 1915 года Германии не будет. Схватившиеся за головы военные немедленно назначили Ратенау управляющим стратегическими ресурсами страны. А химикам дали задание срочно искать замену селитре. А пока ее не нашли, военные власти приступили к реквизициям селитросодержащих удобрений по всей Германии и на оккупированных территориях… А тем временем при содействии Ратенау все химики были отозваны с фронта и направлены в тыл — спасать родину.

Нужда все-таки здорово обостряет соображалку (у тех, у кого она есть, конечно). Немцы стали делать аммиак как сырье для производства пороха… из воздуха, который, как известно, на 78 % состоит из азота. Вот прекрасный пример того, как прижатый в угол развитый мир может извернуться и отказаться от услуг неразвитого. Кому будет хуже?..

И подобное произошло не только с порохом. Головной болью для Германии всегда была нефть. Чуть какая война — Германию тут же отрезают от нефти. В 1916 году Румыния, которая поставляла Германии нефть, отвалилась от своего союзника, и Германии стало очень нехорошо. Снова обратились к химикам. И выяснилось, что у тех уже есть готовое довоенное решение — можно делать бензин из угля. Поскольку по понятным причинам для Германии времен Первой мировой нефть была менее критична, чем для Германии времен Второй мировой, и поскольку кроме лабораторных опытов по превращению угля в бензин не было ничего, Германия не успела развернуть производство синтетического бензина до конца войны. Но урок извлекла. И уже во Второй мировой, даже оставшись без румынской нефти, немецкие танки, самолеты и грузовики не испытывали дефицита в горючем почти до самого конца войны — пока авиация союзников не размолотила заводы по производству синтетического бензина.

Posted in Управление выбором


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *