Мотивированное поведение как характеристика личности

В процессе взросления многие ведущие мотивы поведения со временем стано­вятся настолько характерными для человека, что превращаются в черты его лич­ности. К их числу следует отнести мотивацию достижения, или мотивацию избе­гания неудачи, мотив власти, мотив оказания помощи другим людям (альтруизм), агрессивные мотивы поведения и др. Доминирующие мотивы становятся одной из основных характеристик личности, отражающейся на особенностях других лич­ностных черт. Например, установлено, что у людей, ориентированных на успех, чаще преобладают реалистические, а у индивидов, ориентированных на избега­ние неудач, — нереалистические, завышенные или заниженные, Самооценки. От че­го зависит самооценка? Уровень самооценки в значительной степени связан с удовлетворенностью или неудовлетворенностью человека собой, своей деятель­ностью, возникающей в результате достижения успеха или появления неудачи. Сочетание жизненных успехов и неудач, преобладание одного над другим посто­янно формируют самооценку личности. В свою очередь, особенности самооценки личности выражаются в целях и общей направленности деятельности человека, поскольку в практической деятельности он, как правило, стремится к достиже­нию таких результатов, которые согласуются с его самооценкой, способствуют ее укреплению.

С самооценкой личности тесно связан Уровень притязаний. Под уровнем при­тязаний подразумевается результат, которого субъект рассчитывает достичь в ходе своей деятельности. Следует отметить, что существенные изменения в само­оценке происходят в том случае, когда сами успехи или неудачи связываются субъектом деятельности с наличием или отсутствием у него необходимых способ­ностей.

Мотивы Аффилиации (мотив стремления к общению) и Власти Актуализиру­ются и удовлетворяются только в общении людей. Мотив аффилиации обычно проявляется как стремление человека наладить добрые, эмоционально положи­тельные взаимоотношения с людьми. Внутренне, или психологически, он высту­пает в виде чувства привязанности, верности, а внешне — в общительности, в стремлении сотрудничать с другими людьми, постоянно находиться вместе с ни­ми. Следует подчеркнуть, что отношения между людьми, построенные на основе аффилиации, как правило, взаимны. Партнеры по общению, обладающие такими мотивами, не рассматривают друг друга как средство удовлетворения личных по­требностей, не стремятся к доминированию друг над другом, а рассчитывают на равноправное сотрудничество. В результате удовлетворения мотива аффилиации

Между людьми складываются доверительные, открытые взаимоотношения, осно­ванные на симпатиях и взаимопомощи.

В качестве противоположного мотиву аффилиации выступает Мотив отвер­жения, Проявляющийся в боязни быть непринятым, отвергнутым значимыми для личности людьми. Доминирование у человека мотива аффилиации порождает стиль общения с людьми, характеризующийся уверенностью, непринужденно­стью, открытостью и смелостью. Напротив, преобладание мотива отвержения ве­дет к неуверенности, скованности, неловкости, напряженности. Преобладание данного мотива создает препятствия на пути межличностного общения. Такие люди вызывают недоверие к себе, они одиноки, у них слабо развиты умения и на­выки общения.

Другим весьма значимым мотивом деятельности личности является Мотив вла­сти. Он определяется как устойчивое и отчетливо выраженное стремление чело­века иметь власть над другими людьми. Г. Мюррей дал такое определение этому мотиву: мотив власти — это склонность управлять социальным окружением, в том числе людьми, воздействовать на поведение других людей разнообразными спо­собами, включая убеждение, принуждение, внушение, сдерживание, запрещение и т. п.

Мотив власти проявляется в том, чтобы побуждать других поступать в соот­ветствии со своими интересами и потребностями, добиваться их расположения, сотрудничества, доказывать свою правоту, отстаивать собственную точку зрения, влиять, направлять, организовывать, руководить, надзирать, править, подчинять, властвовать, диктовать условия, судить, устанавливать законы, определять нор­мы и правила поведения, принимать за других решения, обязывающие их посту­пать определенным образом, уговаривать, отговаривать, наказывать, очаровывать, привлекать к себе внимание, иметь последователей.

Другой исследователь мотивации власти, Д. Верофф, попытался определить психологическое содержание мотива власти. Он считает, что под мотивацией вла­сти понимается стремление и способность получать удовлетворение от контроля над другими людьми. По его мнению, признаками наличия у человека мотива, или мотивации, власти являются выраженные эмоциональные переживания, связан­ные с удержанием или утратой психологического или поведенческого контроля над другими людьми. Другим признаком наличия у человека мотива власти явля­ется удовлетворение от победы над другим человеком в какой-либо деятельности или огорчение по поводу неудачи, а также нежелание подчиняться другим.

Принято считать, что люди, стремящиеся к власти над другими людьми, обла­дают особо выраженным мотивом власти. По своему происхождению он, вероят­но, связан со стремлением человека к превосходству над другими людьми. Первы­ми, кто обратил внимание на данный мотив, были Неофрейдисты. Мотив власти был объявлен одним из главных мотивов человеческого социального поведения. Например, А. Адлер считал, что стремление к превосходству, совершенству и со­циальной власти компенсирует естественные недостатки людей, испытывающих так называемый комплекс неполноценности.

Аналогичной точки зрения, но теоретически разрабатываемой в ином контек­сте, придерживался другой представитель неофрейдизма — Э. Фромм. Он устано­вил, что психологически власть одного человека над другими людьми подкрепля­ется несколькими способами. Во-первых, возможностью награждать и наказывать

Агрессивное

Эмоции — это один из самых интересных феноменов психики. Эмоции способны вызы­вать не только какие-то ощущения или общие реакции, но и конкретные действия. Например, мы смеемся при радости, вздрагиваем при ис­пуге и т. д. Одно из этих действий особенно серь­езно изучается психологами. Это действие — агрессия. Под агрессией мы имеем в виду по­ведение, преднамеренно причиняющее вред другому человеку (физически или словесно) или разрушающее его собственность. Ключевое понятие этого определения — намерение. Если человек случайно вас толкнул и тут же извиня­ется, его поведение нельзя расценить как агрес­сивное; но если кто-то подходит к вам и демон­стративно наступает вам на ногу, то у вас не возникнет сомнений, что это агрессивное дей­ствие.

Особое внимание к агрессии вызвано ее социальной значимостью. У многих людей ча­сто возникают агрессивные мысли и импульсы, и от того, как они с этими мыслями справляют­ся, зависит не только их здоровье и межличност­ные отношения, но и благополучие других лю­дей. Сегодня существуют теории, которые по-разному рассматривают проблему агрессии и агрессивности человека. Например, психоана­литическая теория Фрейда рассматривает агрес­сию как врожденную потребность, а теория социального научения — как приобретенную в научении реакцию.

Согласно ранней психоаналитической тео­рии Фрейда, многие наши действия определя­ются инстинктами, в частности, — сексуальным влечением. Когда реализация этих влечений по­давляется (фрустрируется), возникает потреб­ность в агрессии. Позднее представители пси­хоаналитического направления стали трактовать проявление агрессии следующим образом: вся­кий раз, когда усилия человека по достижению какой-либо цели блокируются, возникает агрес­сивное побуждение, которое мотивирует пове­дение к нанесению вреда препятствию, вызвав­шему фрустрацию. В этом предположении есть два основных момента: во-первых, обычная причина агрессии — это фрустрация; во-вторых, агрессия представляет собой врожденную ре­акцию, а также обладает свойствами органиче­поведение

Ской потребности и сохраняется, пока цель не будет достигнута. В этой трактовке агрессии наибольшие споры вызывает именно тот аспект гипотезы, который связан с рассмотрением агрессии как органической потребности.

Если агрессия действительно является орга­нической потребностью, то от других видов млекопитающих следует ожидать проявления агрессивных схем, сходных с нашими. Много­летние исследования позволили накопить самые разносторонние данные по этому вопросу. В 60-х гг. XX в. предполагалось, что основное различие между человеком и другими видами состоит в том, что у животных развились меха­низмы контроля за их агрессивными инстинкта­ми, а у человека — нет. Последующие работы 70-х и 80-х гг., однако, показали, что животные могут быть не менее агрессивны, чем мы. Было показано, что случаи убийств, изнасилований и уничтожения детенышей среди животных встре­чаются гораздо чаще, чем полагали в 60-х гг. Например, один из видов убийств шимпанзе свя­зан с пограничными войнами, которые ими ве­дутся. Так, в Национальном парке Гомби Стрим в Танзании группа из пяти самцов шимпанзе охраняла свою территорию от всякого забред­шего туда постороннего самца. Если эта груп­па встречала другую группу из двух и более сам­цов, то их реакция была резкой, но не смертель­ной; но если им попадался только один незваный гость, то один член группы держал его за руку, другой за ногу, а третий забивал его до смер­ти. Или пара членов группы тащила вторгшего­ся по камням, пока он не умирал. В другой по­граничной войне шимпанзе, наблюдавшейся в 70-х гг., племя примерно из 15 шимпанзе уни­чтожило соседнюю группу, методично убивая ее членов-самцов по одному.

В связи с полученными данными логично предположить, что агрессия имеет биологиче­скую основу. Так, в ряде работ было показано, что умеренная электрическая стимуляция опре­деленного участка гипоталамуса вызывает у жи­вотных агрессивное, даже смертоносное пове­дение. Когда гипоталамус кошки стимулируют через имплантированные электроды, она шипит, ее шерсть щетинится, зрач­ки расширяются, и кошка нападает на крысу или на другие объекты, помещенные в ее клетку. Стимуляция дру-гого участка гипоталамуса вызывает совершенно иное поведение: вместо проявле­ния каких-либо яростных реакций кошка спокой­но подкрадывается и убивает крысу. По сход­ной методике вызывалось агрессивное поведе­ние у крыс. Выращенная в лаборатории крыса, которая никогда не убивала мышей и не виде­ла, как их убивают дикие крысы, может спокой­но жить в одной клетке с мышью. Но если сти­мулировать ее гипоталамус, крыса бросится на свою соседку по клетке и убьет ее, проявляя те же реакции, что и дикая крыса (укус в шею, раз­рывающий спинной мозг). Стимуляция, видимо, запускает врожденную реакцию убийства, до этого дремавшую. Аналогично, если в ту часть мозга крыс, которая заставляет их спонтанно убивать попавшуюся на глаза мышь, впрыснуть нейрохимический блокатор, они временно ста­новятся мирными.

В приведенных выше случаях агрессия об­ретает свойства органической потребности, по­скольку направляется врожденными реакциями. У высших животных такие инстинктивные схемы агрессии контролирует кора мозга, следователь­но, на них больше влияет опыт. Живущие группа­ми обезьяны устанавливают иерархию доминиро­вания: один-два самца становятся лидерами, а другие занимают разные подчиненные уровни. Когда гипоталамус доминирующей обезьяны электрически стимулируют, она нападает на под­чиненных самцов, но не на самок. Когда таким же образом стимулируют обезьяну низкого ран­га, она съеживается и ведет себя покорно. Таким образом, агрессивное поведение у обезьяны не вызывается автоматически стимуляцией гипота­ламуса, оно также зависит от ее окружения и прошлого опыта. Вероятно, у людей физиологи­ческие реакции, связанные с агрессией, протека­ют аналогично. Хотя мы и оснащены нервными механизмами агрессии, их активация обычно находится под контролем коры (кроме случаев повреждения мозга). У большинства индивидов частота проявления агрессивного поведения, формы, которое оно принимает, и ситуации, в которых оно проявляется, определяются в ос­новном опытом и социальным влиянием.

В теории социального научения подчеркива­ется важность викарного научения, или науче­ния через наблюдение. Многие схемы поведе­ния приобретаются путем наблюдения за дей­ствиями других и за последствиями, которые эти действия для них имеют. Ребенок, наблюдаю­щий за болезненным выражением на лице стар­шего брата, сидящего в кресле у зубного вра­ча, будет бояться, когда настанет его время в первый раз посетить дантиста. Теория соци­ального научения подчеркивает роль моделей в передаче как конкретных видов поведения, так и эмоциональных реакций.

В рамках данной теории отвергается поня­тие об агрессии как о потребности, порождае­мой фрустрацией. Агрессия рассматривается в ней подобно всякой другой выученной реак­ции. Агрессивность может быть приобретена путем наблюдения или подражания, и чем чаще она подкрепляется, тем вероятнее ее возник­новение. Человек, испытывающий фрустрацию из-за того, что не может достичь цели, или обеспокоенный каким-то событием, пережива­ет неприятную эмоцию. Какую реакцию вызо­вет эта эмоция, зависит от того, какие реакции этот индивид выучил для того, чтобы справлять­ся со стрессовыми ситуациями. Человек в со­стоянии фрустрации может искать помощи у других, проявлять агрессию, стараться преодо­леть препятствие, бросать все или глушить себя наркотиками и алкоголем. Будет выбрана та реакция, которая успешнее всего облегчала фрустрацию в прошлом. Согласно такому взгляду, фрустрация провоцирует агрессию в основном у тех людей, которые научились ре­агировать на враждебные ситуации агрессив­ным поведением.

Таким образом, мы познакомились с дву­мя противоположными точками зрения на про­блему агрессии. Какой отдать предпочтение? Вероятно, нам ближе вторая точка зрения: агрессия человека имеет социальную природу. Однако сказать, что эта точка зрения является абсолютно верной, мы пока не можем. Необ­ходимы дальнейшие целенаправленные иссле­дования этой сложной и актуальной для челове­чества проблемы.

По; Аткинсон Р. Л., Аткинсон Р. С, Смит Э. Е. и др. Введение в психологию: Учебник для университетов / Пер. с англ. под. ред. В. П. Зинченко. — М.: Тривола, 1999.

Людей. Во-вторых, способностью принуждать их к совершению определенных действий, в том числе с помощью системы правовых и моральных норм, дающих одним право управлять, а другим вменяющим в обязанность подчиняться автори­тету, которым один человек обладает в глазах другого.

Особое место занимают исследования так называемых Просоциальных мотивов И соответствующего Просоциального поведения. Под таким поведением понимают­ся любые альтруистические действия человека, направленные на благополучие других людей, оказание им помощи. Эти формы поведения по своим особенно­стям разнообразны и располагаются в широком диапазоне от простой любезности до серьезной благотворительной помощи, оказываемой человеком другим людям, причем иногда с большим ущербом для себя, ценой самопожертвования. Некото­рые психологи считают, что за таким поведением лежит особый мотив, и называ­ют его мотивом альтруизма (мотивом помощи, мотивом заботы о других людях).

Альтруистическое, или просоциальное, поведение чаще всего характеризуется как осуществляемое ради блага другого человека и без надежды на вознагражде­ние. Альтруистически мотивированное поведение в большей степени ведет к бла­гополучию других людей, чем к благополучию того, кто его реализует. При альтру­истическом поведении акты заботы о других людях осуществляются по собствен­ному убеждению человека, без какого бы то ни было расчета или давления со стороны. По смыслу такое поведение диаметрально противоположно агрессии.

Агрессия рассматривается как явление по своей сути противоположное альтру­изму. В ходе изучения агрессивного поведения было высказано предположение, что за этой формой поведения лежит особого рода мотив, получивший название «мотив агрессивности». Агрессивными принято называть действия, наносящие человеку какой-либо ущерб: моральный, материальной или физический. Агрес­сивность всегда связана с намеренным причинением вреда другому человеку.’

Отдельные психологические исследования показали, что у детей в период от 3 до 11 лет могут наблюдаться проявления агрессивности по отношению к сверст­никам. В это время у многих детей наблюдается стремление к борьбе друг с дру­гом. Причем агрессивные ответные действия как реакция на действия сверстни­ков у мальчиков встречаются чаще, чем у девочек. В психологической литературе подобное явление толкуется по-разному. Одни авторы в этом видят биологиче­ские причины, в том числе половую принадлежность. Другие считают, что прояв­ление агрессивности у детей связано с принадлежностью к определенной социо­культурной группе и особенностями семейного воспитания.

Например, обнаружено, что отцы детей, которым свойственна повышенная агрессивность, нередко сами не терпят проявлений агрессии у себя дома, но за его пределами разрешают и даже поощряют подобные действия своих детей, прово­цируют и подкрепляют такое поведение. Образцами для подражания в агрессив­ном поведении очень часто являются сами родители. Ребенок, неоднократно под­вергавшийся наказаниям, в конечном счете сам становится агрессивным.

Психологическая трудность устранения агрессивных действий заключается, в частности, в том, что человек, ведущий себя подобным образом, обычно легко находит множество разумных оправданий своему поведению, полностью или от­части снимая с себя вину. Известный исследователь агрессивного поведения А. Бандура выделил следующие типичные способы оправдания самими агрессо­рами своих действий.

подпись: Бандура Альберт (1925-1988) — американский психолог, автор теории социального научения. В 1949 г. закончил Уни­верситет Британской Колумбии, после этого получил степень магистра в Университете Айовы (в 1951 г.). Доктор филосо­фии Университета Айовы. Позже работал в Стенфордском университете в качестве профессора психологии, а с 1973 г. — профессора социальных наук в психологии. Пришел к выво­ду, что для человеческого поведения модель поведения «сти­мул—реакция» не вполне применима, и предложил свою мо­дель, которая, по его мнению, лучше объясняет наблюдае­мое поведение. На основании многочисленных исследований дал новую формулировку инструментального обусловливания, отведя в нем центральное место научению путем наблюдения за образцом. При этом подкрепление рассматривалось им не как единственная детерминанта научения, а лишь как способствующий фактор. Главной же детерминантой научения человека является наблюдение за образцами поведения других людей и за последствиями этого поведения: та или иная форма поведения становится мотивирующей в силу предвосхищения последствий данных действий. К числу таких последствий может относиться не толь­ко подкрепление со стороны других людей, но и самоподкрепление, обусловленное оценкой со­блюдения внутренне обязательных стандартов поведения. Быстрота научения зависит от психоло­гической доступности предмета подражания и от эффективности словесного кодирования наблю­даемого поведения. На основании своих исследованиях Бандура пришел к заключению, что гнев как проявление общего возбуждения, способствующего агрессии, будет проявляться, только когда в условиях данной ситуации социально приемлемы образцы гневных реакций.

Во-первых, сопоставление собственного агрессивного акта с личностными не­достатками или поступками человека, оказавшегося жертвой агрессии, с целью доказательства того, что совершенные в отношении его действия не представля­ются такими ужасными, какими кажутся на первый взгляд.

Во-вторых, оправдание агрессии в отношении другого человека какими-либо идеологическими, религиозными или другими соображениями, например тем, что она совершена из «благородных» целей.

В-третьих, отрицание своей личной ответственности за совершенный агрессив­ный акт.

В-четвертых, снятие с себя части ответственности за агрессию ссылкой на внешние обстоятельства или на то, что данное действие было совершено совмест­но с другими людьми, под их давлением или под влиянием сложившихся обстоя­тельств, например необходимости выполнить чей-либо приказ.

В-пятых, «расчеловечивание» жертвы путем «доказательства» того, что она якобы заслуживает такого обращения.

В-шестых, постепенное смягчение агрессором своей вины за счет нахождения новых аргументов и объяснений, оправдывающих его действия.

У человека есть две различные мотивационные тенденции, связанные с агрес­сивным поведением: тенденция к агрессии и к ее торможению. Тенденция к агрес­сии — это склонность индивида оценивать многие ситуации и действия людей как угрожающие ему и стремление отреагировать на них собственными агрессивны­ми действиями. Тенденция к подавлению агрессии определяется как индивиду­альная предрасположенность оценивать собственные агрессивные действия как нежелательные и неприятные, вызывающие сожаление и угрызения совести. Эта

Тенденция на уровне поведения ведет к подавлению, избеганию или осуждению агрессивных действий.

Таким образом, сформированные в процессе жизни и деятельности мотивы, ставшие привычными, или основными, отражаются на общем впечатлении, кото­рое производит человек на окружающих, т. е. характеризуют личность в целом.

Updated: 13.08.2012 — 14:50